 Большие тиражи, которыми чеканились российские медные монеты, нисколько не умаляют их исторической познавательности. Наглядным подтверждением этого факта является медный «крестовый» пятак 1723-30 годов, остававшийся до середины XVIII столетия настоящим бедствием для денежного обращения России.
Попытка широкого использования меди в качестве монетного металла была предпринята при царе Алексее Михайловиче, когда в 1655 году впервые появились медные копейки. Их выпуск был вызван острейшей необходимостью в средствах для ведения тяжелой войны с Речью Посполитой за воссоединение Украины и России. По оформлению и весу медные копейки не отличались от серебряных и были приравнены к ним в цене. Авторы реформы руководствовались представлениями, что не металл — царское имя дорого, именно оно придает ценность монете.
Из пуда меди выделывалось копеек на 400 рублей, и поначалу медные копейки действительно имели хождение наравне с серебряными, однако вскоре чрезмерный выпуск ничем не обеспеченных медных денег, которые чеканились в Москве, Новгороде и Пскове, привел к их обесцениванию. Спекуляции на разных курсах серебряных монет и обесцененных медных совершенно расстроили рынок; несмотря на царский указ, все товары резко подорожали. Народное возмущение безнаказанностью бояр вылилось в «медный бунт», жестоко подавленный стрельцами; через год чеканку медных денег прекратили, а уже выпущенные копейки изъяли из обращения, частным лицам было велено переплавлять их на котлы или приносить в казну, где за каждый сданный рубль платили 10, а позже еще меньше — 2 денги серебром. По замечанию В.О.Ключевского, «казна поступила как настоящий банкрот, заплатила кредиторам по 5 копеек или даже по 1 копейке за рубль». Провальное нововведение тем не менее дало власти ценный опыт, который позволил Петру I в ходе новой попытки введения медных денег действовать гораздо осмотрительнее.
Когда в 1700 году в обращение вошли круглые медные денга, полушка и полуполушка машинной чеканки, им предшествовала широкая кампания по оповещению населения. Чтобы преодолеть обоснованное народное недоверие к новой монете, листы с текстом царского указа вывесили в людных местах, его зачитывали после богослужений в церквях, на рыночных площадях. В указе говорилось, что новые монеты выпущены исключительно для облегчения мелкой торговли, и гарантировалось полное равенство их и серебряных копеек перед казной. Особо подчеркивалась роль медных денги, полушки и полуполушки в качестве разменных фракций серебряной копейки. Из пуда меди первоначально производилось монет на 12 руб. 80 коп., в 1701 стопу повысили до 15 р. 44 коп., а затем и до 19 рублей 20 копеек (в медном отделении Кадашевского двора с 1704 чеканили монет на 20 рублей из пуда, с 1713 года на 20-рублевую стопу перешел и Набережный двор).
В 1704 году в обращение вводится медная копейка, что имело огромное психологическое значение — ведь медь изначально рассматривалась только как разменное средство при серебряной копейке. Информационная кампания сделала свое дело, и медные деньги прочно заняли свое место в денежном обращении.
Медная копейка 1704 года
1718 год стал важной вехой в истории монетного дела России. Была прекращена многолетняя практика выделки серебряных копеек - «вошек», как брезгливо именовал серебряные «чешуйки» Петр, видевший в них один из символов российской отсталости. В том же 1718 год стопа медной монеты была увеличена в два раза - до 40 рублей из пуда. Из дающей казне пятикратную прибыль меди указывается делать только полушки (¼ копейки), которые все были обязаны принимать «с прежними монетами и мелкими серебряными и медными копейками заедино, без всякого прекословия».
Хорошо понимая возможные последствия выпуска в обращение монеты, практически не обеспеченной содержащимся в ней металлом - недовольство в народе, а главное, неизбежность попыток подделки, составители проекта попытались противопоставить им высокое качество исполнения самих монет (в частности, «чтоб воровским людям отливать таких полушек было невозможно», велено было «по ребрам их делать гуртики»). Получилось, однако, как всегда: в следующие пять лет было отчеканено свыше 200 миллионов штук легковесных медных полушек, с грубым изображением и гладким гуртом, напоминающих прежние «чешуйки»из расплющенной проволоки, хотя и более округлой формы.
В 1723 году правительство решает существенно пополнить доходы казны, попутно дав населению новый разменный номинал — пятак. Необходимость пополнения казны была очень острой — длительная война со Швецией потребовала громадных трат. Ништадтский мирный договор, которым завершилась Северная война, предусматривал не только присоединение к России Ингрии (Ижорской земли), Карелии, Эстляндии, Лифляндии и южной части Финляндии (до Выборга), но и выплату за них Швеции огромной денежной компенсации – 2 млн. талеров (ефимков), что легло тяжелым дополнительным бременем на и без того разоренную войной страну.
Во многом в силу этих обстоятельств появился Сенатский указ от 28 июня 1723 года, предписывавший выпуск пятаков 40-рублевой стопы на сумму полмиллиона рублей. Авторами идеи эта мера рассматривалась как вынужденная и, безусловно, временная, своего рода кредит на неотложные нужды, взятый у собственного населения, который должен быть погашен в самое ближайшее время. Но благими намерениями вымощена дорога в ад: производство легковесных пятаков не только не имело разового характера, но возобновлялось снова и снова вплоть до 1730 года, а последствия эмиссии необеспеченных медных денег в экономику проявлялись несколько следующих десятилетий.
Понимая привлекательность подделки легковесного пятака, руководство предпринимает комплекс мер для ее затруднения: впервые на медной монете появляется сетчатый гурт, на обеих сторонах оставлены большие участки гладкого поля (затрудняющие попытки «воровской» отливки, так как при этом способе на гладкой поверхности металла образовывались каверны), изменено соотношение сторон и сама технология выделки — после тиснения кружки полируются, и уже потом гуртятся. Выделка начинается на Набережном медном дворе, затем к нему подключается медное отделение Кадашевского. Набережный двор переделывает пятаки «казенным коштом» под руководством Тимофея Левкина, а Кадашевский медный двор передается в подряд купцу Егору Маркову. При жизни Петра двумя дворами выполняется лишь часть данного им задания, но история «крестового» пятака будет иметь долгое и очень поучительное продолжение еще пять следующих царствований.
"Крестовый" пятак 1725 года
После смерти Петра во всей красе показывает себя Александр Данилович Меншиков. Его неимоверная, ненасытимая алчность (чего стоит только афера с попыткой резкого снижения пробы серебряных монет, когда в состав лигатуры добавлялись мышьяк, селитра и сулема, после чего металл через несколько дней начинал рассыпаться) нашла свое проявление и в безудержной выделке медных пятаков 40-рублевой стопы. К планировавшемуся Петром выпуску легковесных пятаков на полмиллиона рублей в 1726 году решено дополнительно отчеканить их еще на два миллиона. Сложнейшая организационная задача оперативно решается благодаря действиям наделенного особыми полномочиями генерала Алексея Яковлевича Волкова. Его усилиями приводится в порядок Набережный монетный двор и переоборудуется под медный передел простаивающий Красный, изготавливаются десятки единиц нового оборудования и привлекаются сотни работников для строительства и ремонта. Три двора — Кадашевский, Набережный и Красный успешно выполняют задание в течение всего лишь одного 1727 года.
В 1728 году Верховный тайный совет, уже без Меншикова, не решается на продолжение сверхдоходного производства медных пятаков. Вместо этого медные монеты 40-рублевой стопы находят в этом году свое продолжение в новом номинале — копейке схожего с пятаком стиля (только на лицевой стороне вместо российского двуглавого орла размещен московский Георгий Победоносец).
Прибыли медного передела действуют на верховников как наркотик.
В 1729 году принимается решение о выпуске пятаков еще на миллион рублей, с чем успешно справляется по-прежнему находящийся в подряде у Маркова Кадашевский медный двор. Медные монеты 40-рублевой стопы, общая сумма которых к 1730 году достигает 4, 5 миллионов рублей (80% - пятаки) оказывают на экономику разрушительное воздействие: и правительственные учреждения, и население рассматривали их «яко самую вредительную государству монету». Наводнение отечественного рынка легковесной, неполноценной медной монетой приводит к девальвации, росту цен на отечественные и особенно иностранные товары, падению вексельного курса. Расстройство денежного обращения самым отрицательным образом сказывается на состоянии финансов, торговли, всей экономики в целом, в конце концов, на положении народа. Правительство с тревогой констатирует, что государство «излишнею медною монетою наполняется, напротиву же того серебряные деньги и слитки сливают и за границу вывозят».
Непосредственно после своего восшествия на российский престол Анна Иоанновна принимает позицию сторонников приведения обращающихся монет в соответствие с потребностями устойчивой финансовой системы. Сенатским указом от 19 июня 1730 года, по инициативе Василия Никитича Татищева создается Комиссия о монетном деле, куда входят представители Монетной конторы, Коммерц-коллегии и купечества.
В.Н.Татищев
Не все из намеченных комиссией мер были приняты, но и те изменения, которые начали благодаря ей осуществляться, позволили значительно улучшить ситуацию и окончательно ее стабилизировать уже в правление Елизаветы. Для медных денег и полушек указом от 22 декабря 1730 года устанавливается 10-рублевая стопа из пуда. Петровские копейки 20-рублевой стопы вымениваются казной и перечеканиваются в новые деньги. Казна также находит возможность выкупа полушек 1718-22 годов и копеек 1728-29 годов, первые из которых пошли в переплавку, а вторые были перечеканены в новые полушки. Таким образом, как и 30 лет назад, медь вновь оказалась в роли исключительно разменных долей серебряной копейки!
Вопросам устойчивости финансовой системы придавалось столь большое значение, что успех продуманных действий в этом направлении был ознаменован выпуском в 1731 году памятной медали «Безупречность монетного дела восстановлена».Однако намерение избавиться от пятаков 1723-30 годов и перечеканить их в копейки оказалось для государства непосильной задачей, и предписания указа от 25 января 1735 года об их выкупе казной по номиналу реализованы не были.
С целью пресечь поступление «воровской меди», на западных рубежах России устраивались все новые пограничные и таможенные посты, виновных в подделке российской меди и вывозе отечественной серебряной монеты сурово карали. Иностранцы, профессионально промышлявшие обменом пятаков на золотую или серебряную монету, выдворялись за рубеж, а их имущество обращалось в пользу государства. Правительство ограничило поступление пятаков 40-рублевой стопы в приграничные районы, запретив их расход как на казенные службы, так и на выдачу жалованья солдатам и офицерам.
Однако соблазн пятикратной прибыли оставался слишком притягательным для фальшивомонетчиков — прежде всего иноземцев (если полушки можно было изготавливать ручным способом, то для производства пятаков требовалось сложное, определенной мощности оборудование). Отечественные «воры» таковым не располагали, в документах XVIII века не встречается ни одного свидетельства о существовании в России нелегального монетного двора. Проводимые одна за другой царские экспертизы показывали, что русские злоумышленники, как правило, делали монету простым и дешевым способом — отливали металл в форму. Но полученные кустарным путем подделки заметно отличались от выделанных «на обыкновенных печатных станах»: отмечалось, что пятаки, «которые литы в опоки, те легко узнать можно, понеже чистотою против настоящих чеканенных не будут».
Это показывает, что меры, предпринятые правительством с целью предотвращения «воровской чеканки» (большие участки гладкого поля на лицевой и оборотной сторонах, их необычное соотношение и т.д.) все-таки принесли определенный результат.
Тем не менее медные деньги, чеканенные по 40 рублей из пуда, чуть ли не каждый день падали в цене. В конце концов их отказались принимать даже рыночные торговцы: «Купецкие люди медные деньги ни за что не берут, а отговариваются тем, что у них в подушный платеж тех медных денег не принимают, а требуют все серебряных; затем в покупке всяких припасов и материалов чинится остановка и продолжение», - жаловались мастеровые люди корабельной верфи в Казани, получавшие жалованье медной монетой.
Наводнение рынка легковесными пятаками приводило к тому, что торговцы, приберегая серебро, старались расплачиваться только медными пятаками. В итоге драгоценные монеты практически исчезли из оборота. В ряде районов страны основная масса денег, находившихся в обращении, состояла из одних пятикопеечников. В докладе Сената Кабинету министров сообщалось, что «в Ревеле да в народе большей частью обращаются медные пятикопеечники, и пошлины от купечества в таможню платятся за неимением серебряных рублевиков медными же пятикопеечниками».
Несмотря на то, что предложения как можно скорее изъять из обращения дискредитированные пятаки поступали в Зимний дворец и Сенат на протяжении почти двадцати лет, эту проблему удалось решить только в 50-е годы, в царствование Елизаветы.
Первые пятнадцать лет ее правления не отмечены внешними изменениями в денежном обращении, но сам по себе факт длительного удерживания определенных принципов благотворно влияет на ее стабилизацию.
И все же легковесный «крестовый» пятак надо было изымать. Было выдвинуто множество проектов - в частности, И.Шлаттер предлагал выпустить бумажных билетов на сумму 3,2 млн. рублей, и еще на 4 млн. начеканить серебряных 5-копеечников по стопе 17 руб.32 коп. Бумажные билеты должны были иметь хождение наравне с монетою 5 лет, а затем быть обменены на обычные деньги по номиналу.
Комиссар монетной канцелярии Мартын Шпеерман предлагал для выкупа 5-копеечников организовать денежную лотерею, чтобы ни граждане, ни государство не остались внакладе.
Главный директор Монетного правления Христиан Вильгельм Миних высказал предложение, согласно которому все пятаки должны были подвергнуться клеймению специальными малыми клеймами в строго установленный срок, по прошествии которого хождение их следовало запретить.
Из 11 проектов по изъятию легковесных медных пятаков Сенат в конце концов остановился на предложении Павла Ивановича Ягужинского о ежегодном снижении их нарицательной стоимости на копейку в течение четырех лет. Ежегодными указами крестовые пятаки последовательно становились четырехкопеечниками, трехкопеечниками и двухкопеечниками-грошевиками (последнего снижения до копейки не последовало, и пятаки остались грошевиками до 1755 года).
В 1755 году четвертьвековой период стабильности и благополучное состояние финансов позволяют правительству наконец-то выкупить легковесные медные пятаки по их нарицательной стоимости (т.е. по две копейки). Массовым порядком, тремя дворами — в Петербурге, Москве и Екатеринбурге они перечеканиваются в копейку, которая имеет самую низкую монетную стопу за всю историю российской медной монеты — 8 рублей из пуда.
Новая копейка имеет оформление в стиле барокко (как и на серебряном пятачке того же года). Для лучшего уничтожения следов предыдущей чеканки, новая монета имеет сложный рисунок пониженного рельефа и сетчатый гурт (тисненные на гладких кружках — гуртовую надпись). Кроме того, указом предписано изготавливать новую копейку «с подпущенным темным колером», для достижения которого монеты специально обжигали.
 
Одна из самых красивых монет русской нумизматики - "облачная" копейка 1755 года
Российская монетная система этого периода отличается максимальной устойчивостью и сбалансированностью — к сожалению, это продлится всего несколько лет.
Новый военный конфликт (на этот раз Россия участвует в начатой европейскими странами Семилетней войне) требует привлечения значительных финансовых ресурсов. С этой целью правительство решается на двукратное увеличение стопы медных монет с восьми (у копейки) до шестнадцати рублей из пуда. Указ от 8 апреля вводит эту норму для новых двухкопеечника, копейки, денги и полушки, а указ от 14 января 1758 года добавляет к ним пятикопеечник. Недавно выпущенные тяжелые копейки вместе с оставшимися легкими крестовыми пятаками перечеканиваются в двухкопеечники нового образца.
Новые объемы медных денег были вброшены в экономику в 70-х годах XVIII столетия, когда все ограничения на эмиссию медяков были отменены и более 60% добываемой казенными и частными заводами меди шло в монетный передел. И снова одной из причин этого стала война с Турцией.
Таким образом, медь сыграла очень заметную роль в отечественной истории не только как орудийный металл. «Деньги суть артерии войны», - любил повторять Петр I, и медные деньги не раз выручали российскую власть, содействуя отстаиванию интересов страны в вооруженных конфликтах, что в итоге позволило России стать одним из наиболее влиятельных европейских государств.
|
